Золотые рыбки

27.10.06

Вечером договорились идти на концерт местной знаменитости – Базука. В бар Альтернатива. В квартале Бутоне. К назначенному времени пришли только мы с Жаном-Франсуа (Квебекский аспирант) и Крис. Сели на трамвай, приехали на Бутоне. Там тишина и опавшими листьями шуршит ветер. Спросить некого. Где этот бар. Пошли наобум. Жан-Франсуа достал карту. Крис позвонила француженке, которая нас всех пригласила, но сама я явилась. Та объясняет, вам надо пойти по Рю Бутоне и свернуть на Карзюки. О, говорю, отлично, это наша любимая улица – только в России обычно произносится, как Кизяки. И точно. Стали смотреть в карте, бесполезно, ничего не понятно. Вышли обратно на остановку. Там парень стоит. Мы к нему, типа, месье, силь ву пле. И объясняем сбивчиво. А между собой говорим по-английски. Он нам – а я американец. О, нормально. Крис говорит, а я бразильянка, она русская, а вон тот – из Квебека. В общем зоопарк. Американец не знал куда нам.

Нашли мы Карзюки сами. Бар был крохотный, там было накурено и Базук пел хорошо. Но с акустикой проблемы, поэтому было сложно долго наслаждаться пением и в 23 мы с Жан-Франсуа поплелись на трамвай. Где встретили наркомана, который ехал на вокзал, чтобы отправиться в Тулузу. Безобидный такой. Но сильно уже принявший.

28.10.06

Утром я с ботинками в пакете наперевес и сонная после бара с местным певцом, Базуком (почти однофамилец). С мало пахнущим сыром в рюкзаке и яблоком, и бутылочка эвиана. Выхожу, Франсуа уже ждет. Говорю, давно стоишь? Да, говорит, уже минут 10. Хотя я вышла вовремя. Села, поехали. Куда едем, что делать, ничего не знаю. Приезжаем в деревушку, где гуляли под дождем втроем с Яной. Машину оставили на стоянке. Смотрю, больше никого и нет. Идем такие вдвоем. Начинаю потихоньку выспрашивать, а остальные, собственно, где. А, говорит, они мне надоели. Я тебе тут классное место хочу показать. Отлично, думаю. Но мне-то они еще не успели надоесть. Идем по залитой солнцем долине, которая блестит каждым листочком с росой, журчит речушка, «шлифует спины камней», и мы шуршим гравием под ботинками. Птицы поют, все стрекочет и живет. И это в конце октября. Входим в каньон, тишина, над головой цирк, высоту даже не представляю и все солнцем залито. Вот, говорит, тут полезем вверх, а потом таааам спустимся вниз, там здорово, там озера. И мы полезли. По стенке вверх, чувствую себя ящерицей. Зная про безбашенность Франсуа, перестраховываюсь вдвойне тщательно, а он ползет, вообще вез страховки. Сумасшедший. Для пальцев нахожу зацепку шириной в 5 мм. Никогда не думала, что пальцы такие сильные и цепкие, но лезть-то надо. И потом, Франсуа лезет, а он тяжелее меня. И размер ноги у него больше, что тоже существенно, в общем-то. И дыхание у него вообще не сбивается. А я чувствую, что-то щеку щекочет. Пот. Нормально. В конце октября в горах. Вспотеть так невзначай. Смотрю вниз – высоко, черт побери и перебираю лонжей, носок кроссовка всунула в щель, подтягиваюсь. На полметра выше, уперлась лбом в куст. Третьей руки, чтоб его убрать – нет, ничего ползу сквозь куст. Чувствую себя настырной мухой. Когда выбрались на вершину, я была мокрая как мышь, полный зоопарк инсайд май селф, блин. А Франсуа бросил рюкзак и по осыпи ломанулся вниз бегом, именно так, как нельзя ни в коем случае – бегом и вперед. А осыпь кончается обрывом. Вот урод, думаю, притащил меня сюда, сейчас убьется, а как я его отсюда извлекать буду, в смысле его тело. Ничего, успел затормозить. А теперь, говорит, ты давай. О, мерси боку, говорю, я тут как-нибудь на солнышке. Но ему идея понравилась. Давай, давай, говорит, ты же должна тренироваться. Интересно в чем, в самоубийствах что ли. Ладно, встала и потихоньку на пятках поползла по осыпи. Быстрее, говорит, беги. Ага, счас, я еще в своем уме пока. Ничего, говорит, натренируешься, будешь бегать. Идем по кромке Цирка. Он забрал у меня фотоаппарат, сообщил мне, что я страдаю нарциссизмом, и теперь меня кругом щелкает, при этом я как раз хотела бы делать пейзажи, пока солнце, но я, похоже, права голоса тут не имею. Но цветущий вереск, в лучах солнца!! Франсуа, говорю, дай же мне фотоаппарат обратно! И тут в двух метрах: хрююю-хрююю и бег трусцой под кустами. О! Говорит, вайлд пиг! Ничего, ты фотографируй, а я на стреме постою. И стоит такой серьезный, на страже, чтобы на меня дикие свиньи не напали. Театр абсурда.

На месте водопада, камни, обработанные водой до блеска, но сейчас водопада нет, только каскад озер. И высоко. Первый спуск был самым длинным, метров 40. Он ушел первый, а меня пристегнул к стене, стою, как Гефест или кто там печенью страдал на скалах. Кричит снизу – давай, спускайся. Подхожу к краю, ого, нормально. ВЫСОКО. И стена покрыта мокрыми водорослями, в общем, села в пропасть, и поехала потихоньку, ниче, нормально. Франсуа снизу чего-то мне объясняет, не понимаю, ни фига, что-то он там с английским запутался. Спускаюсь, чего говорю не так? Да вот, между ногами и стеной должен быть такой угол, а не такой, ааа, говорю, супер.

Мы прибыли к озерцу. Много лет назад сюда кто-то выпустил золотых рыбок, и они так и живут там, одна из них вообще разъелась, большая и толстая. Наверное, вожак. А мне так хотелось туда тоже залезть, в это озеро. Вода прозрачная, нагретая солнышком, на такой высоте, под сенью дерев. Франсуа уполз на другую сторону озера, сейчас, говорит, я тебе кое-что забавное сделаю. Уверен, говорю, что забавное? А то, может, как-нибудь обойдемся? Прокинул веревку над озером, а теперь, говорит, цепляй этот мускотон, и съезжай, забавно! Прицепилась животом к веревке, оттолкнулась и полетела над озером, как в гамаке, с ветерком, на высоте, над золотыми рыбками.

После озера – опять спуск вниз, я под впечатлением моего фуникулеринга. Франсуа остался вверху, страховал меня сверху, потом говорит, ну что, отпускаю тебя? Ну да, говорю, чего уж тут, я и сама с усами. На полпути кричу ему: жаль уходить от озера и рыбок. Он мне сверху: давай я тебя втяну обратно, можем тут пообедать. Или еще в каком-нибудь хорошем месте. Ладно уже, проехали, говорю, спускаемся. Он съехал, вообще практически не замедляясь.

Обедали мы за каменными столами под тутовниками. На просвет уже было видно, что скоро осень и листья стали уходить в желтую гамму, но слегка. Я ела свой багет с сыром и смотрела на склон горы передо мной, где были посажены оливы, террасы были сложены руками людей, которые жили пару сотен лет назад или больше…. Где-то высока лаяли гончие, которые гнали кабанов на охотников, неподалеку в загородке фыркал пушисторесницый тяжеловоз, а в смоковнице пела птичка, совсем пичуга.

Мы пошли через деревню обратно. Зашли в шамбродот, где мы можем останавливаться за смешные деньги, так как мы члены клуба, обошли все этажи, посмотрели кухню, комнаты. Все как игрушечное, крохотное, там за общим столом сидели какие-то путешественники, в углу были свалены спальники. А ступеньки в центре стерты за века и перила больше похожи на альпинистские страховки в стене.

Дальше мы приехали на водопад, который был гораздо ласковее и голубее на солнце. От водопада мы отправились вверх, посмотреть пещеру, куда вернемся в следующий раз. К пещере мы пробирались по руслу временного водопада, который отшлифовал валуны и иногда было почти невозможно на них взобраться. Зато кругом были маленькие озерца с прозрачной водой, где сидели дети гренуев (лягушек, по-французски) и должны били бы быть саламандры. Но нам попался только шмель, который был наречен летающей саламандрой, на чем поиски мы свои оставили, да и тяжело было взбираться на вершину водопада. Заключительный этап представлял из себя вползание на стену. Про страховку уже не вспоминали, влезли в пещеру, вход огромный, но у нас с собой ничего не было, поэтому мы осмотрелись только снаружи. Назад пошли другим путем, нашли арбузное дерево. Франсуа так и сказал мне – это арбузы. О, отлично, говорю. А я-то, наивная полагала, что арбузы на бахче растут и весят 10 кг. А тут приятные такие колючие красные ягодки. Мы объели все дерево.

Другой путь привел нас в самшитовые заросли, ну, говорю, потерялись, следопыт? Ну, есть, говорит, немножко. Вокруг цветет вереск и поют птицы, запах не описать. Ну, думаю, и ладно, тут лишний час гулять – одно удовольствие, райские кущи какие-то.

Наткнулись на временный водопад, еще один. Тут Франсуа дорогу уже узнал, и мы стали сползать вниз по водопаду. Занятие еще то. Некоторые участки довольно высокие, а мы без снаряжения. Я сползала на животе, пытаясь прилипнуть к очередному валуну, пальцами ног в кроссовке тщетно пытаясь нащупать хоть трещину какую-нибудь. А мой спутник, как по проспекту прогуливается, и по ступенькам.

После водопада мы вышли на огромную вольеру с охотничьими псами, они так обрадовались, скучно им, бедолагам, там одним сидеть.

Домой я попала часов в 8, уже ни на что сил не было, а вечером концерт бразильской музыки. И нас собралась толпа, Франсуа с Яной тоже пришли, с работы Клэр, Жан-Франсуа, Флави, три бразильца, знакомых Крис. И мы все ввалились в огромный зал в отеле де Вилле. Я в полусознательном состоянии, бразильцы мне показались больше китайцами, чем производителями «Рабынь Изаур». А потом начались танцы. Но в 11 я уже не выдержала, уж очень хотелось спать.